Дактиль

Казахстанский литературный онлайн-журнал

№27 • декабрь 2021

Ухты и Красный Карандаш

Сказки

(Перевод с грузинского Наны Соломония и Марии Иониной)

Было ли, не было…

В самом обычном доме среди прочих вещей жили беззаботное радио Бла-бла-бла, печальный телевизор Ох-ах, болтливый телефон Дзынь-дзынь, заботливая кофеварка Шух-шу и прекрасный цветок на обоях. Он был так красив, что все, кто его видел впервые, говорили от восхищения: «Ух ты!» Это повторялось так часто, что скоро все стали считать, что это и есть его настоящее имя.

Может, вы скажете, мол, что тут особенного. В каждом доме есть и радио, и телевизор… Все это так, отвечу я вам, но далеко не в каждом доме есть нарисованный на обоях цветок, который умеет свободно перемещаться по комнатам. Это был очень непоседливый цветок. К тому же порядочный сплетник.

Только лучи солнца освещали комнату, Ухты бежал к телевизору.

— Как ты, сосед? — спрашивал он.

— Ох, — горестно вздыхал телевизор, — знал бы ты, что творится в мире…

И он рассказывал о страшных землетрясениях, которые разрушают огромные города, о сильнейших ураганах, способных перетащить целый лес из одной страны в другую, о несчастных стариках и старушках, которым не выплатили вовремя пенсию…

Это был старый и мудрый телевизор. Он умел сопереживать.

— От всего ты грустишь, — недоумевал Ухты. — Пойду-ка я лучше с Бла-бла-бла пообщаюсь. И он торопился к радио.

— Спой мне что-нибудь веселенькое, — просил он, — а то со стариком Ох-ах не слишком радостно.

Бла-бла-бла только того и ждал. Он вообще целыми днями был готов танцевать и напевать.

Потом Ухты бежал к телефону. Дзынь-дзынь был таким же сплетником. А что вы хотите? Он же родился телефоном.

— Слышал новость? — обычно спрашивал Ухты.

— Какую? — оживлялся Дзынь-дзынь. И они болтали до тех пор, пока совсем не выбивались из сил.

После этого Ухты шел на кухню к кофеварке Шух-шу выпить чашечку кофе.

***

Однажды хозяйке дома подарили Мексиканский Перец в красивом горшке. Она поставила его на подоконник.

Утром, чуть свет, Ухты отправился не к Ох-ах, а прямо к Мексиканскому Перцу. Ему не терпелось узнать, кто поселился рядом.

— Приветствую, сосед, кто ты? Почему ты здесь? Чем ты занимаешься? — Ухты засыпал нового жильца вопросами и, устроившись удобнее на подоконнике, приготовился слушать.

Однако Мексиканский Перец оказался очень сдержанным сеньором. Он никогда не задавал лишних вопросов и не любил сплетни.

«Кто этот кривляка, и что ему от меня нужно?» — подумал он и отвернулся.

«Какой невоспитанный», — решил Ухты и поерзал на подоконнике.

— Ты чего так надулся? – крикнул он Мексиканскому Перцу.

Тот молчал.

— Ты не хочешь со мной разговаривать? — возмущению Ухты не было предела. Он вскочил на цветочный горшок и завопил: — Послушай меня! В этом доме такое правило: я должен знать все! Я здесь самый главный! Без меня и телевизор не показывает, и радио не поет, и даже кофеварка тебе кофе не сварит! Я самый главный! — повторил он еще раз. — Как ты смеешь не отвечать мне?

Мексиканский Перец не на шутку рассердился. Он стал весь красный. Но при всем том продолжал хранить молчание. Ну да, я говорила, он был очень сдержанный сеньор.

Ухты окончательно вышел из себя. Он стал обрывать с перца листья, а потом укусил его за щеку и… сначала он закричал, спрыгнул на подоконник, снова вскочил в горшок, но во рту жгло невыносимо. Кое-как он вернулся на свое место на обоях, и до сих пор у него так текут слезы, что он ни к кому не ходит в гости.

Самое интересное, что ничего в доме не изменилось. Ох-ах, как и раньше, обеспокоен мировыми новостями, Бла-бла-бла танцует и поет, Дзынь-дзынь сплетничает. А кофеварка Шух-шу варит восхитительный ароматный кофе и, между прочим, частенько приглашает на чашечку капучино Мексиканский Перец. Очень ей нравятся такие сдержанные сеньоры.

Красный карандаш

В одной школе работал очень странный учитель: ни больше, ни меньше, а самый настоящий Красный Карандаш. Он любил делать замечания, поэтому тетради и дневники учеников всегда пестрели красным.

Красный Карандаш был настолько строг, что даже директор школы при встрече с ним робел и грыз ногти.

В портфеле у Красного Карандаша вместе с мобильником, носовым платком и расческой лежала точилка. Красный Карандаш работал усердно, поэтому его грифель быстро стачивался.

Бывало, Красный Карандаш вел себя странно. Он мог заснуть прямо на уроке. Однако он не считал такую особенность своим недостатком.

— Я столько работаю, — говорил он, и в его голосе слышались железные нотки, — что имею право на минуты сна… Особенно если просидел всю ночь над тетрадями, — добавлял он после короткой паузы.

Знали ребята урок или нет, они в любом случае получали лишь двойки и тройки, поэтому, когда Красный Карандаш засыпал, ученики радовались. А самые отчаянные подкрадывались к учителю и ломали грифель в надежде хоть чуть-чуть отдохнуть от замечаний.

Но Красный Карандаш открывал глаза, невозмутимо обводил взглядом класс, открывал портфель доставал точилку, запрыгивал в нее, несколько раз поворачивался, и… дневники и тетради вновь наполнялись низкими оценками и замечаниями.

Время шло. Про школу, где преподавал Красный Карандаш, заговорили как о самой отстающей в городе.

Это нисколько не беспокоило учителя. Он по-прежнему исправлял ошибки и не замечал, как с каждым днем становится ниже ростом.

И вот в один из дней Красный Карандаш как обычно пришел в школу. На нем были туфли на высокой подошве. Он прошелся по кабинету, потом сел за стол и закрыл глаза.

— Сейчас я тебе покажу, — прошептал один мальчик, тихо подкрался к учителю и отломил грифель.

Красный Карандаш вздрогнул и открыл глаза, достал из портфеля точилку, запрыгнул в нее, сделал несколько фуэте и — исчез…

Больше его никто не видел.

Лела Цуцкиридзе

Лела Цуцкиридзе — родилась в 1964 году в Тбилиси, Грузия. Писательница, иллюстратор. Окончила филологический факультет Тбилисского государственного университета им. И. Джавахишвили. Работает в Национальном Дворце учащейся молодежи Грузии. Активно принимает участие в разных литературных и творческих проектах. Лауреат различных литературных премий Грузии, в том числе, детских. Является автором около 20 детских книг, а также текстов детских песен. Ее рассказы и стихотворения включены в школьные учебники, опубликованы в грузинских и зарубежных сборниках, а также переведены на английский, русский, украинский, немецкий, французский, литовский, греческий языки.